Два года назад социолог Евгений Шторн был вынужден уехать из России. На днях он получил политическое убежище в Ирландии. Из состояния "вненаходимости" он рассказывает о своем опыте - таком редком и одновременно таком повсеместном.
Два года назад социолог Евгений Шторн был вынужден уехать из России. На днях он получил политическое убежище в Ирландии. Из состояния "вненаходимости" он рассказывает о своем опыте - таком редком и одновременно таком повсеместном.
Директор программ Российской ЛГБТ-сети Игорь Кочетков о преследовании геев и лесбиянок в Чечне, о том, как вести диалог с оппонентами и о мере риска в работе правозащитника.
Тем, кто попал в Европу из Африки или Ближнего Востока, трудно представить себе, что из такой богатой и могущественной страны, как Россия люди тоже вынуждены бежать.
Беженцу, оказавшемуся вдали от привычного круга, от родного языка и от близких людей, можно идти только вперед. Но нередко нет уже ни азарта, ни радости от того, что делаешь эти робкие шаги.
Новый закон о проведении кинофестивалей ударит по независимому и проблемному кино. Организаторы фестиваля “Бок о Бок” рассказывают о том, как они будут бороться за право говорить на запрещенные темы.
Они угроза там, откуда они бегут – и они угроза там, куда они бегут. Оказавшись в Европе, ЛГБТ-беженцы попадают в пространство двойной изоляции – как беженцы и как сексуальные меньшинства.
